8(800)3010-567(звонок бесплатный) | 1@artpot.ru

Разработка градостроительной концепции
Разработка Проекта планировки территории (ППТ)
Разработка фасадов и архитектурной концепции
Проектирование объектов капитального строительства
Центр прикладной урбанистики
Дизайн
Лучшие проекты мастерской
Квартал Южный, Новые Ватутинки. Разработка фасадов
Такие разные города:
Одесса, Украина. Повышенная плотность застройки как великое благо Дубай, малоэтажная застройка Живой город Буэнос-Айрес, Аргентина
главная| Такие разные города| Барселона, Испания

Барселона, Испания

Однажды заданная структура постепенно заполняется зданиями. Современные постройки также подчиняются общему правилу. Потрясающий пример постоянства и преемственности в градостроительной политике. Сохранить более века генплан застройки в неизменном виде - для наших чиновников это из области фантастики.

Никакая концентрация жителей, сколь бы ни была она высока, не является «достаточной», если другие обстоятельства подавляют разнообразие или мешают его развитию. Никакая концентрация, если взять крайний случай, не является «достаточной» для генерации разнообразия в строго регламентированных жилых массивах, поскольку регламентация в любом случае исключает его напрочь. Во многом те же следствия, хоть и по другим причинам, возникают на городских территориях, застраивавшихся не по единому плану, где здания слишком стандартизованы, или кварталы слишком длинны, или мало других первичных способов использования, помимо проживания.

Тем не менее высокая концентрация людей — одно из необходимых условий цветущего городского разнообразия. В жилых районах это означает, что необходима высокая концентрация жилых единиц на отведенной для них земле. Другим факторам, воздействующим на то, где и в какой мере генерируется разнообразие, не на что будет особенно воздействовать, если людей не хватает.

Одной из причин того, что низкая плотность в крупных городах пользуется хорошей репутацией, не подтвержденной фактами, а высокая плотность — дурной репутацией, точно так же ничем не подтвержденной, состоит в том, что часто путают две вещи: высокую плотность жилых единиц и перенаселенность жилищ. Высокая плотность означает большое количество жилых единиц на гектар площади. Перенаселенность означает слишком большое число людей в жилой единице для имеющегося в ней количества комнат. Критерий перенаселенности, фигурирующий в результатах переписи, таков: 1,5 человека на комнату или больше. Он не имеет ничего общего с количеством жилых единиц на заданной площади—точно так же, как в реальной жизни высокая плотность не имеет ничего общего с перенаселенностью.

Эта путаница между высокой плотностью и перенаселенностью, - одна из тех проблем, которыми мы обязаны проектировщикам Города-сада. Они и их ученики смотрели на трущобы, где одновременно было много жилых единиц на заданной площади (высокая плотность) и слишком много людей внутри индивидуальных жилищ (перенаселенность), и не могли провести различие между фактом перегруженности квартир и совершенно отличным от него фактом плотности застройки. В любом случае они ненавидели и то и другое в равной степени и смешивали обе вещи воедино, как яйцо и ветчину, так что по сей день застройщики и градостроители выпаливают это как одно слово: «высокаяплотностьиперенаселенность».

Увеличил путаницу статистический монстр, которого часто использовали реформаторы для обоснования своих градостроительных кампаний, — грубая цифра, равная количеству людей на гектар площади. Эти грозные величины ничего не говорят о том, сколько жилых единиц или сколько комнат приходится на акр земли, и если они, как почти всегда бывает, сообщаются для характеристики весьма неблагополучного городского участка, они очень «толсто» намекают на нечто ужасное, чем якобы чревато само по себе такое густое скопление людей. То, что люди там, возможно, ютятся по четыре человека в комнате или испытывают всевозможные иные невзгоды, практически не рассматривается. Между тем в бостонском Норт-Энде, где на гектар чистой площади под жилыми строениями приходится 2400 человека, смертность (поданным 1956 года) составляет 8,8 на тысячу, в том числе от туберкулеза — о,6 на десять тысяч. А в бостонском Саут-Энде, где всего 900 человек на гектар, смертность равна 21,6 на тысячу, от туберкулеза —12 на десять тысяч. Нелепо будет, основываясь на этом, заявить, что эти признаки явного неблагополучия в Саут-Энде объясняются тем, что там на гектаре чистой площади проживает 900 человек, а не почти 2500. Факты не столь просты. Но столь же нелепо будет выбрать какой-нибудь неблагополучный участок с 2500 жителями на гектар и обвинить в его бедах эту цифру как таковую.

Показательно для этого смешения понятий, для этой путаницы между высокой плотностью и перенаселенностью, что сэр Раймонд Ануин, один из виднейших проектировщиков Города-сада, озаглавил свой труд, где речь идет отнюдь не о перенаселенности, а о застройке территорий суперкварталами с низкой плотностью жилых единиц, так: «Перенаселенность — путь в никуда». К 1930-м годам перенаселенность жилищ людьми и «высокую наполненность» земли строениями (т.е. высокие цифры заселенности жилищ и покрытия земли) стали считать явлениями практически одинаковыми по смыслу и последствиям, если между ними вообще проводилось хоть какое-нибудь различие. Хотя такие специалисты, как Льюис Мамфорд и Кэтрин Бауэр, не могли не отметить, что на некоторых очень успешных участках крупных городов наблюдаются высокая плотность жилых единиц и высокий коэффициент покрытия земли при не слишком большой заселенности комнат и квартир, они объяснили это тем, что везучие люди, комфортабельно живущие в этих популярных местах, на самом деле живут в трущобах, просто они слишком толстокожие, чтобы понимать это и возмущаться этим.

Перенаселенность жилищ и высокая их плотность очень часто встречаются по отдельности, одно без другого. Норт-Энд, Гринвич-Виллидж, Риттенхаус-сквер и Бруклин-Хайтс — районы с высокой плотностью для своих городов, но, за малым числом исключений, жилища в них не перенаселены. Саут-Энд, северная Филадельфия и Бедфорд-Стайвесант отличаются куда меньшей плотностью, но многие дома и квартиры там перенаселены. В наши дни перенаселенность гораздо чаще обнаруживается при низкой плотности, чем при высокой. Расчистка старых городских районов в том виде, в каком она практикуется в наших больших городах, обычно не имеет ничего общего с решением проблемы перенаселенности. Наоборот, расчистка и перестройка, как правило, усугубляют эту проблему. Когда старые здания заменяют новыми жилыми массивами, плотность жилых единиц часто уменьшается, так что жилищ в районе становится меньше. Даже если эта плотность остается неизменной или немного увеличивается, в районе поселяется меньше людей, чем было выселено, потому что выселенные зачастую жили очень тесно.

Одинаковые кварталы 130х130 метров занимают почти 10 квадратных километров, 5х2 км.


 
Сравниваем плотность застройки Барселоны и Москвы(Гольяново)
Сравниваем плотность застройки Барселоны и Москвы(Гольяново)

Плотность жилых единиц (dwelling density) так важна для большинства районов крупных городов и их будущего развития, и ее при этом так редко учитывают как фактор повышения их жизненной силы, что это не перестает удивлять. В ортодоксальном градостроительстве и ортодоксальной теории жилищного хозяйства высокая плотность жилых единиц пользуется дурной репутацией. Считается, что она ведет ко всевозможным трудностям и неудачам. Однако этой предполагаемой корреляции между высокой плотностью и проблемами или высокой плотностью и трущобами попросту не существует, в чем может убедиться всякий, кто даст себе труд взглянуть на реальные города.

Вот несколько примеров из американской истории.
В Сан-Франциско участок, отличающийся самой высокой плотностью жилых единиц и вместе с тем самым высоким коэффициентом покрытия жилыми зданиями отведенной под жилье земли (coverage of residential land with buildings), — это Норт-Бич-Телеграф-Хилл. Это популярный район, который в годы после Депрессии и Второй мировой войны своими силами неуклонно выбирался из трущобного состояния. С другой стороны, главная трущобная проблема Сан-Франциско — это так называемый Уэстерн-Аддишн, район, который неуклонно катился вниз и сейчас подвергается широкомасштабной расчистке. В Уэстерн-Аддишн (который первое время после застройки считался престижным местом) плотность жилых единиц существенно ниже, чем в Норт-Бич-Телеграф-Хилле, и, кстати говоря, ниже, чем во все еще фешенебельных Рашн-Хилле и Ноб-Хилле.

В Филадельфии окрестности Риттенхаус-сквер — единственный район, который своими силами реконструирует и благоустраивает пограничные с ним участки, и единственная зона «внутреннего города», не предназначенная к реконструкции или расчистке. При этом здесь самая высокая в Филадельфии плотность жилых единиц. А в трущобах северной Филадельфии, где социальные проблемы — одни из самых тяжелых в городе, средняя плотность жилых единиц вдвое меньше, чем около Риттенхаус-сквер. На обширных территориях в Филадельфии, где царят упадок и социальные беспорядки, плотность жилых единиц еще меньше.

В нью-йоркском Бруклине наибольшим восхищением и популярностью пользуется хорошо развивающийся участок, называемый Бруклин-Хайтс; по плотности жилых единиц он намного превосходит остальной Бруклин. На огромных упадочных и загнивающих бруклинских «серых» территориях плотность составляет половину или меньше от плотности в Бруклин-Хайтс.

На Манхэттене в самой фешенебельной части Среднего Ист-сайда и в самой фешенебельной части Гринвич-Виллиджа плотность жилых единиц находится на таком же высоком уровне, как посреди Бруклин-Хайтс. Но можно заметить одно интересное различие. На Манхэттене вокруг этих фешенебельных участков расположены очень популярные зоны, характеризующиеся большой жизненной энергией и разнообразием. Плотность жилых единиц в этих популярных зонах, окружающих ядро, растет. В Бруклин-Хайтс, напротив, фешенебельный участок окружен территориями, где плотность жилых единиц падает; жизненная энергия и популярность там тоже уменьшаются.

В Бостоне Норт-Энд вывел себя из трущобного состояния и сейчас является одним из самых здоровых участков. При этом по плотности жилых единиц он намного превосходит остальной Бостон. А в бостонском районе Роксбери, который неуклонно катился вниз на протяжении поколения, плотность жилых единиц примерно в десять раз меньше, чем в Норт-Энде.

Перенаселенные трущобы из градостроительной литературы — это кишащие людьми территории с высокой плотностью жилых единиц. «Перенаселенные» трущобы из реальности - это все чаще унылые территории с низкой плотностью жилых единиц. В калифорнийском Окленде самая тяжелая и масштабная трущобная проблема наблюдается на участке примерно из двухсот кварталов, застроенных отдельными домиками на одну или две семьи. Плотность при этом вообще с трудом может считаться городской. Острейшая трущобная проблема Кливленда — это квадратная миля примерно того же самого. Нынешний Детройт во многом состоит из бесконечных, неплотно заселенных квадратных миль городского упадка. Нью-йоркский Восточный Бронкс, который можно считать едва ли не символом «серых зон», ставших бедой больших городов, отличается низкой для Нью-Йорка плотностью: на большей его части плотность жилых единиц намного ниже средней по городу величины, которая составляет 138 единиц на гектар чистой площади под жилыми строениями.

Мы не сможем понять, каковы следствия высокой и низком плотности, если будем считать, что соотношение между концентрацией людей и созданием разнообразия носит простой, непосредственный математический характер. На результаты этого соотношения (о котором доктор Джонсон и профессор Дентон говорили, беря его в простой, грубой форме) чрезвычайно сильно влияют и другие факторы.

Хотя во всех крупных городах разработка проектов новой застройки сопровождается фетишизацией мелочного анализа плотности, точных данных о плотности в районах, застраивавшихся не по единому плану, на удивление мало. (Один начальник градостроительной группы сказал мне, что не видит причин собирать такие сведения, помимо необходимости оценить число переселяемых лиц в случае сплошного сноса!) Ни в одном городе, насколько я знаю, не изучали локальных изменений плотности от здания к зданию внутри усредненной картины плотности на успешных и популярных участках. «Когда речь идет о таких районах, очень трудно делать обобщения», пожаловался один градостроитель, когда я спросила его о специфических вариациях плотности в мелком масштабе в одном из самых успешных районов города, где он работал. Делать обобщения по поводу таких районов очень трудно или невозможно потому, что они сами лишь в очень малой степени «обобщены», то есть подогнаны под какие-либо общие стандарты. Само их своенравие, разнообразие компонентов — один из самых важных и вместе с тем игнорируемых фактов, касающихся средних цифр плотности в успешных районах.
Д. Джекобс


 
Дворы, как правило, застроены практически целиком в уровне первых этажей.
Дворы, как правило, застроены практически целиком в уровне первых этажей.

То есть, дворов в нашем понимании практически нет.


 

Блестящее решение, которое можно смело брать на вооружение. Чтобы привести в соответствие с нашими нормами, достаточно поработать над дворами, и часть кварталов оставить с незамкнутым контуром застройки.


 

 
Скошенные углы кварталов образуют небольшие площади

©2015 ООО Артпот